Хидэё Ногути - Япония 1000 иен 2011

Героем сегодняшнего поста будет выходец из бедной, но гордой, как любые потомки самураев, семьи фермеров - Хидэё Ногути (при рождении Сэйсаку Ногути). Не будем углубляться в подробности его биографии, проходя весь путь от слуги при медицинском общежитии до профессора Северо-Западного университета в Эванстоне, штат Иллинойс.

Отмечу лишь главный факт из детства: в возрасте 2 лет после сильного ожога у него возникла рубцовая синдактилия кисти. Ближе к окончанию школы в качестве награды за успешное обучение учителя смогли собрать ему денег на операцию у доктора (и одновременно политика) Канаэ Ватанабэ. Это чудесное исцеление тронуло Ногути до глубины души и весной 1893 года, после окончания средней школы он попросил доктора Ватанабэ взять его в ученики.

Череда знакомств, начавшихся с Ватанабэ, постепенно позволила Хидэё начать заниматься фундаментальной наукой в Институте инфекционных заболеваний (ныне Институт медицинских наук Токийского университета), в котором велись активные исследования сывороточной терапии и серодиагностики. Директор института Сибасабуро Китасато - один из номинантов на первую Нобелевскую премию по медицине, тоже изображен на банкноте 1000 иен 2024 года.

В период жизни и работы в Японии Хидэё Ногути получил опыт карантинного офицера, в том числе в командировках в Китае, где участвовал в борьбе с эпидемией чумы совместно с российской медицинской группой. В этот же период он познакомился с директором Рокфеллеровского университета Саймоном Флекснером, что стало основой для его переезда в США. В последствии Флекснер неоднократно выступал его покровителем.

В США Хидэё начал работу в Университете Пенсильвании, основным объектом его исследований были змеиные яды. Во время стажировки в Дании совместно с Торвальдом Мадсеном разработал одно из первых противоядий для лечения укуса североамериканской гремучей змеи. Вернувшись из Дании, продолжил работу в Рокфеллеровском институте медицинских исследований, все больше углубляясь в серологию и инфекционные болезни.

В 1911 году Ногути объявил об успешной культивации чистой культуры бледной трепонемы. Это сделало его знаменитым в мире. Однако современник Хидэё, работавший в той же лаборатории, сообщил, что штамм Ногути, который многократно культивировали в чистом виде с использованием метода Ногути, утратил свою патогенность и, возможно, был изменен загрязнением непатогенными спирохетами. Генетический тип сохранившегося до наших дней образца, обозначенного как штамм Ногути, не относится к патогенной Treponema pallidum, а является непатогенной Treponema refrigens. Поскольку выращивание патогенных спирохет сифилиса с использованием метода, описанного Ногути, затруднительно, в настоящее время считается, что ему не удалось получить чистую культуру.

В 1911 и 1912 годах в Институте медицинских исследований Рокфеллера в Нью-Йорке Ногути пытался разработать кожный тест на сифилис, аналогичный туберкулиновой пробе. Он вводил подкожно в верхнюю часть рук испытуемых люэтин – как считалось, стерильную убитую чистую культуру бледной трепонемы созданную ученым и его командой . Кожные реакции различались у больных сифилисом и здоровых людей в зависимости от стадии заболевания и полученного лечения. Из 571 испытуемого 315 были больны сифилисом. Остальные испытуемые являлись «контрольной группой», состоящей из сирот и госпитализированных пациентов, в том числе детей в возрасте от 2 до 18 лет. Ногути и другие врачи не объясняли эксперимент испытуемым и не получали их согласия. Точное количество зараженных сифилисом подопытных мне найти не удалось.

Ногути и его коллеги-исследователи протестировали экстракт на себе, прежде чем вводить его испытуемым, поэтому считали, что введение не могло вызвать сифилис. Однако у самого Ногути в 1913 году был диагностирован нелеченый сифилис. Исследование стало широко известным скандалом и обсуждалось в журнале Life.

В 1913 году Хидэё Ногути идентифицировал бледную трепонему в патологической ткани головного мозга пациентов с прогрессирующим параличом и спинной сухоткой (формы позднего нейросифилиса). Это было первым доказательством зависимости неврологических и психических расстройств от органической патологии. Он представил диссертацию на кафедру патологии Киотского императорского университета и получил степень доктора медицины в 1914 году, а затем номинацию на Нобелевскую премию по медицине.

В дальнейшем Хидеэ Ногути продолжил активную научную деятельность. Доказал, что перуанские бородавки и лихорадка Ороя - разные клинические формы одного заболевания. Теория об этом впервые была представлена ​​в 1885 году перуанским студентом-медиком Даниэлем Каррионом , который использовал собственное тело, чтобы получить доказательства. Впоследствии заболевание стало известно как болезнь Карриона. Длительное время теория студента отвергалась Гарвардским университетом в Соединенных Штатах . Работа Ногути подтвердила сообщение Карриона, и после долгих дебатов с Гарвардским университетом относительно его достоверности выводы Ногути были признаны правильными.

В ходе своей научной работы Ногути, как он сам думал, смог выделить возбудителей острого полиомиелита, бешенства, трахомы и желтой лихорадки, однако, в дальнейшем его выводы были опровергнуты. Желтая лихорадка стала причиной его смерти 21 мая 1928 года. Дом, где родился Хидэё, сохранился до наших дней (сейчас это Мемориальный музей Хидэё Ногути).